Как-то так...

Томми Конлон возвращается домой после четырнадцати лет разлуки. За его плечами — шрамы прошлого и тяжёлое бремя обид, накопленных с детства. Его отец, когда-то сломленный алкоголизмом человек, теперь пытается начать жизнь заново. Томми, закалённый в боях без правил, приходит к нему с неожиданной просьбой: стать его тренером. Впереди — турнир «Спарта», где победителя ждёт пять миллионов долларов. Для Томми это не просто деньги — это шанс доказать себе и миру, что он достоин большего, чем та тень, в которой вырос.
Параллельно разворачивается история Брендана, старшего брата Томми. Когда-то многообещающий боец, он выбрал другой путь: стал учителем физики, мужем и отцом троих детей. Но жизнь оказалась жесточе любых боёв на ринге. Финансовые трудности подкрались незаметно, и теперь банк грозит забрать их дом всего через три месяца. Отчаяние толкает Брендана назад, в мир, который он поклялся оставить. Он возвращается к боям, рискуя всем: карьерой, репутацией, стабильностью семьи. Школа отстраняет его от работы, но Брендан уже не может остановиться.
Оба брата идут к одной цели, не подозревая, что судьба сведёт их лицом к лицу. На арене «Спарты» им предстоит не только сразиться за денежный приз, но и разобраться с демонами прошлого, которые преследуют их обоих. Два разных пути, одна кровь, один ринг. Кто выйдет победителем — не только в бою, но и в жизни?

Евгений Владимирович Сидихин родился 2 октября 1964 года в Ленинграде — городе, чьи туманы, каналы и строгая красота навсегда вплетаются в душу человека. Сегодня этот город носит имя Санкт-Петербург, но для Сидихина он навсегда остался тем самым Ленинградом, где прошли его детство и юность — время, когда характер только начинает отливаться в форму, а будущее кажется большим открытым полем. С ранних лет он обучался борьбе — и не просто обучался, а неоднократно становился чемпионом Ленинграда. В этом уже тогда проступала черта, которая позже станет узнаваемой в его героях: умение держать удар, не показывая боли, и идти вперёд, даже когда силы на исходе.

Окончив школу, Евгений встал перед выбором будущей профессии — тем самым перекрёстком, на котором решается, кем быть. После недолгих размышлений он принял решение поступать в Ленинградский государственный институт театра, музыки и кинематографии, на курс Игоря Владимирова. Казалось, дорога определена, сцена ждёт. Но судьба распорядилась иначе: не проучившись даже года, он был зачислен в ряды советской армии. Первые боевые навыки получал в Туркестане, после чего отправился в Афганистан. Он был участником боевых действий — той войны, о которой долго не говорили вслух, но которая навсегда остаётся внутри у тех, кто её прошёл. В 1985 году он успешно вернулся на родину и сразу восстановил обучение в институте, который окончил в 1989 году. Так в его жизни соединились два огня — война и театр, и, возможно, именно это соединение сделало его актёром такой пронзительной подлинности.

В студенческие годы Евгений женился на Татьяне Борковской — и в этом браке родилось три дочери: Полина в 1989, Аглая в 1999 году и Анфиса в 2007-м. Три дочери — три разных эпохи в жизни семьи, три характера, три продолжения.

Театральную карьеру Сидихин начал со службы в Ленсовете, но вскоре перешёл в Большой драматический театр имени Г. А. Товстоногова — тот самый БДТ, легендарную сцену, на которой он играл до 2000 года. Сегодня Сидихин принимает участие в различных антрепризах, куда его охотно приглашают, а также играет и в других театрах. Сцена для него — не место работы, а способ дышать.

С 1991 года он известен и как актёр кино. Но всероссийская популярность пришла к Сидихину в 2000 году, после роли следователя Н. Кудасова в сериале «Бандитский Петербург». Эта роль сделала его лицом целой эпохи — времени, когда страна училась жить по новым правилам, а на экране появлялись герои, в которых было всё: сила, усталость, честь и тень опасности. Среди других известных его киноработ — роли в картинах: «Графиня», «За последней чертой», «Операция "Люцифер"», «Волчья кровь», «Мама не горюй», «Семейный ужин», «Обитаемый остров», «Пираньи», «Станица», «Позывной "Стая"», «Цветок папоротника», «Берёзка», «Спасская», «Аутсайдер», «Красный шёлк», «Ангелы Ладоги» и многих других.

Сегодня Евгений Владимирович Сидихин — востребованный и любимый зрителями актёр — продолжает свою творческую карьеру, а ещё пробует свои силы и как телеведущий. Он прошёл войну, сцену, славу и время — и остался тем, кем был всегда: человеком, который умеет держать удар и идти вперёд, даже когда вокруг темно.

Июль 1982 года. Тёплый, тягучий, наполненный запахом скошенной травы и бензина от газонокосилок. В пригороде жизнь течёт размеренно, будто по давно выученному сценарию: дети гоняют на велосипедах, на верандах остывает лимонад, а вечерами соседи неспешно обсуждают погоду через невысокие заборы. Именно здесь, в этом уютном, предсказуемом мире, живёт семейство Платт — обычное, ничем не примечательное, искренне верящее, что самое волнующее событие за лето — это барбекю в субботу.

Но однажды привычный уклад начал трещать по швам. Сначала это были мелочи, которым поначалу не придавали значения. По ночам в тишине раздавались странные звуки: не то раскаты грома, не то тяжёлый металлический грохот, от которого вздрагивали даже самые невозмутимые псы. Потом вспыхивали в темноте неясные огни — яркие, резкие, будто кто‑то щёлкал гигантским выключателем прямо над крышами домов.

Странности множились, словно кто‑то нарочно подбрасывал в обыденность всё новые и новые нестыковки. Во дворе у соседки миссис Харрис вдруг выросло причудливое растение: листья у него были тёмно‑изумрудные, почти чёрные, с прожилками, пульсирующими слабым светом, а стебель извивался, будто живой. Никто не мог понять, откуда оно взялось и как успело вымахать за одну ночь. У соседа мистера Грина во дворе появилась огромная куча экскрементов — таких размеров, что на неё невозможно было не обратить внимания, и запах был такой, что даже привычные ко всему местные коты обходили двор стороной.

А потом случился блэкаут. Электричество погасло резко, без предупреждения, будто кто‑то выдернул вилку из розетки, разом обесточив весь район. Тьма накрыла улицы плотной, непривычной пеленой — ни уличных фонарей, ни света из окон, ни даже далёких огней города на горизонте. В этой тишине, густой и звенящей, люди прислушивались к собственным шагам и шепотам, чувствуя, как привычная реальность становится хрупкой, как тонкое стекло.

Когда утро наконец пришло, оно принесло с собой не облегчение, а ужас. Проснувшись, Платты выглянули в окно — и мир за стеклом оказался чужим. Знакомые улицы всё ещё угадывались в очертаниях, но вокруг царила дикая, первозданная природа: густые заросли, лианы, свисающие с фонарных столбов, и воздух, тяжёлый от влажности и запахов, которых здесь раньше не было. А самое страшное — по этим улицам, по тому самому асфальту, где ещё вчера катались на роликах дети, теперь неторопливо бродили динозавры. Огромные, хищные, голодные. Их тени ложились на тротуары, а рёв разрывал утреннюю тишину, превращая недавние ночные звуки в зловещее предзнаменование.

Семейство Платт застыло у окна, не в силах поверить в происходящее. Их тихий пригород, их уютный квартал каким‑то немыслимым образом перенёсся на сотни миллионов лет назад — в эпоху, когда миром правили совсем другие законы. И теперь перед ними стояла не просто загадка, а вопрос, от которого холодела кровь: как вернуться домой — и удастся ли это вообще?


Посмотрел это кино. Фантастика на уровне 3 класса. Слишком прямая и тупая. Смотреть не рекомендую

Олег Николаевич Ефремов — человек, чья жизнь стала целой эпохой в истории русского театра. Он родился 1 октября 1927 года в Москве, и само его детство, прошедшее в знаменитых арбатских дворах и переулках, в огромной коммуналке, словно впитало в себя дух старой интеллигентной Москвы — города, где искусство жило не в музеях, а в разговорах на кухнях и в тесных комнатах, где каждый звук, каждый спор о прекрасном становился частью будущего призвания.

Весной 1945 года, когда страна, ещё не остыв от войны, училась дышать заново, восемнадцатилетний Ефремов, выдержав огромный конкурс, стал студентом актёрского факультета Школы-студии МХАТ. Эта школа стала для него не просто учебой, а храмом, в котором он дал себе клятву. В его студенческом дневнике сохранилась запись, короткая и дерзкая, как вызов самому времени: «Я буду главным режиссёром МХАТа!». В этих словах — не юношеская самоуверенность, а пророчество, которому он остался верен всю жизнь.

С 1949 по 1956 год он был актёром и режиссёром Центрального детского театра. Но настоящая революция случилась в 1956 году, когда он организовал в столице театр «Современник» и до 1970 года был его главным режиссёром. «Современник» стал первым в послевоенной России театром, появившимся как свободное творческое объединение группы единомышленников — не по приказу, а по зову сердца. Среди друзей и сподвижников Олега Николаевича были Е. Евстигнеев, Г. Волчек, О. Табаков, И. Кваша, В. Сергачёв, Л. Иванова. Это был не просто театр — это было братство, рождённое из любви к сцене и друг к другу.

Начиная с 1960-х годов имя Ефремова-режиссёра засияло на нашей сцене рядом с именами Георгия Товстоногова, Анатолия Эфроса и Юрия Любимова. Он был настоящим новым лидером российской театральной режиссуры второй половины XX века — не просто мастером, а тем, кто менял само представление о том, каким может быть театр.


С 1970 года Ефремов возглавил МХАТ и до конца своей жизни оставался на этом посту, реализовав свои студенческие устремления. С 1976 года он являлся профессором Школы-студии при МХАТе. Его творческая жизнь была разнообразной и наполненной. Он был одним из лучших актёров советского кино, снимался в фильмах: «Берегись автомобиля», «Айболит – 66», «Три тополя на Плющихе», «Здравствуй и прощай», «Дни хирурга Мишкина»... Всего сыграл более 50 ролей в театре и свыше 70 в кино, как режиссёр поставил около 70 спектаклей. Уже в юности он стал педагогом и за свою жизнь воспитал целое поколение актёров-«ефремовцев» — тех, кто сегодня продолжает его дело на сцене и в кино.

Он носил звание Народного артиста СССР, был лауреатом множества премий и фестивалей, кавалером ордена «За заслуги перед Отечеством» III степени. Но, пожалуй, высшей наградой для него была сама возможность служить театру — тому театру, который он создал, вырастил и оставил нам как самое главное наследие.

Умер Олег Николаевич Ефремов 24 мая 2000 года в Москве. Но его голос, его взгляд, его вера в то, что театр может быть живым и честным, остались. Остались в «Современнике», в МХАТе, в его учениках, в тех самых арбатских дворах, где когда-то мальчик из коммуналки впервые почувствовал, что искусство — это не профессия, а судьба.

30 сентября 1964 года в городе Читта-ди-Кастелло, в самом сердце Италии, родилась девочка, ставшая долгожданным чудом для своих родителей. Моника Анна Мария Беллуччи была единственным ребёнком в семье, где переплелись культуры и верования: отец Паскуале, эмигрант из Белуджистана, иранец-мусульманин, и мать Брунелла, художница из набожной католической семьи. Брунелла родила дочь в 47 лет — эта поздняя любовь обернулась бесконечной нежностью и вниманием к единственной наследнице.
Моника рано поняла: природная красота — дар, но не профессия. Поступив на юридический факультет университета, она прилежно училась, свободно овладела английским и французским, начала изучать испанский. А чтобы оплачивать учёбу, стала фотомоделью. То, что начиналось как подработка, превратилось в призвание: необычайная внешность и дисциплина ума открыли ей двери, которые не распахиваются перед одной лишь красотой.
В 1987-м её фото украсило обложку Amica, в 1988-м она переехала в Милан, а через год о ней заговорили модные дома Парижа, Лондона и Нью-Йорка. Контракт с модельным агентством сделал её лицом мировых брендов: Dolce & Gabbana, Dior, Cartier, Victoria’s Secret... Её лицо смотрело с обложек Vogue, Elle, Esquire, Maxim. Но Моника не хотела быть только красивой картинкой.
В 1990-м она дебютировала в итальянском кино, а в 1992-м Фрэнсис Форд Коппола пригласил её в «Дракулу» — и это стало билетом в мировое кино. За более чем шестьдесят фильмов она работала с уникальными режиссёрами: Торнаторе, Кустурица, Гибсон, Брасс, Шаба. Играла с Депардьё, Де Ниро, Уиллисом, Ривзом, Олдменом, Хопкинсом. Жанровый диапазон поражает: от «Малены» и «Страстей Христовых» до «Матрицы», «Астерикса и Обеликса» и «007: Спектр». При этом Моника всегда подчёркивала: к выбору ролей подходила сознательно, отказываясь от того, что противоречило её внутреннему компасу.
Карьера в кино не затмила модельную: она продолжала представлять парфюмерные, ювелирные и косметические бренды, а в 2010 году выпустила книгу фотографий, отобранных лично. Её талант отмечен наградами фестивалей в Дублине, Риме, премиями «Серебряная лента», «Золотой Витязь». В 2016-м она стала кавалером Ордена Почётного легиона, а в 2003 и 2017 годах вела Каннский кинофестиваль.
Личная жизнь Моники была такой же яркой, как её экранные образы. Первый брак с фотографом Клаудио Карлосом Бассо продлился четыре года (1990–1994). На съёмках фильма «Квартира» (1996) она встретила Венсана Касселя: первоначальная неприязнь переросла в сильное чувство, свадьбу в 1999-м и рождение двух дочерей — Девы и Леони. Этот союз продлился до 2013 года.
Сегодня Моника Беллуччи продолжает творить. Она доказала: настоящая красота — это не только черты лица, но и ум, воля, достоинство и умение оставаться собой в мире, который постоянно пытается тебя изменить.

Алиса

Не берусь судить за всю Москву — у нас тут свои маленькие городские драмы разворачиваются.

Парковки потихоньку становятся платными: нанесли синие пунктиры, расставили знаки — всё по правилам, всё как положено. Но один из этих знаков поставили… ну, скажем так, с изюминкой: «мордой» прямо вовнутрь. Стоишь, смотришь на него и головой качаешь: будто специально, чтобы выезжающие не вздумали парковаться.

Мы тут с мужиками посовещались, покрутили пальцем у виска да и сошлись на том, что логика у этого знака своя, особенная. Может, кто-то так хитро пытался поток отрегулировать, а вышло… ну, вышло как вышло. Бред, конечно, но факт остаётся фактом: стоит себе знак, смотрит в никуда и будто даже немного обижен, что его так развернули.


И ведь не скажешь, что не старались: и разметка есть, и табличка на месте. Просто местами эта старательность выглядит как головоломка, которую город загадал жителям, а отгадки не дал.

Николай Алексеевич Островский родился 29 сентября 1904 года в селе Вилия Волынской губернии, в семье рабочего. Досрочно он был принят в церковно-приходскую школу «по причине незаурядных способностей», которую окончил в девять лет с похвальным листом.

В 1917–1919 годах Николай много работал, одновременно учась в двухклассном, а затем в высшем начальном училище. В этот период он сблизился с большевиками, во время немецкой оккупации участвовал в подпольной деятельности, Октябрьскую революцию принял с восторгом.

В 1919 году Островский вступил в комсомол и ушёл на фронт добровольцем. После тяжёлого ранения в 1920 году он был демобилизован и с этого времени находился на трудовом фронте — на восстановлении народного хозяйства. Работал в Киевских мастерских помощником электромонтёра, учился в электротехникуме, одновременно был секретарём комсомольской организации.

При строительстве железнодорожной ветки Островский сильно простудился и заболел тифом. По официальной версии, на состоянии его здоровья сказались ранение и тяжёлые условия работы. Окончательный диагноз — полиартрит, постепенное окостенение суставов.

С 1927 года тяжёлая прогрессирующая болезнь приковала Островского к постели, а через год он потерял зрение. Мобилизуя все душевные силы, Николай боролся за жизнь, занимался самообразованием. Слепой, неподвижный, он создал книгу «Как закалялась сталь» (1932–1934), имевшую большой успех, которому немало способствовала и идеологическая политика страны.

Образ главного героя романа — Корчагина — автобиографичен. Писатель, переосмыслив личные впечатления и документы, создал новые литературные образы. Революционные лозунги и деловая речь, документальность и художественный вымысел, лиризм и хроника — всё это соединилось у Островского в новое для советской литературы художественное произведение. Для многих поколений советской молодёжи герой романа стал нравственным образцом.

В апреле 1932 года журнал «Молодая гвардия» начал публиковать роман Островского, а в ноябре первая часть вышла отдельной книгой, затем и вторая. Роман сразу приобрёл большую популярность. В библиотеках за ним выстраивались огромные очереди, устраивались коллективные читки и обсуждения, роман издавался 41 раз только при жизни автора.

В 1935 году Островский был награждён орденом Ленина, ему были подарены дом в Сочи и квартира в Москве, присвоено звание бригадного комиссара; последние несколько месяцев он прожил на улице своего имени, принимая на дому читателей и писателей.

Летом этого же года писатель публично берёт на себя обязательство написать новую книгу — «Рождённые бурей». Этот роман задумывался как произведение о борьбе пролетариата Украины против Польши и о грядущей борьбе с фашизмом. То, что новая книга слабее прежней, было очевидно, однако партийное правление в один голос твердило о таланте и профессиональном росте писателя.

Но книга закончена не была. 22 декабря 1936 года Николай Алексеевич Островский умирает, едва закончив работу лишь над первой частью нового произведения. Он был похоронен в Москве.

Суббота выдалась… скажем так, с привкусом разочарования.

Меня позвали на презентацию — по телефону бодро сообщили, что я выиграл сумку‑холодильник. Мелочь, вроде бы, но любопытно же: что за штука, какая она. Да и голос в трубке зачем‑то приплёл про «активное долголетие» — от этого даже как‑то теплее становилось, будто не просто подарок, а забота о людях. Вот я и пошёл — без особых ожиданий, просто из любопытства.


Когда зашёл в зал, первым делом бросились в глаза флажки с логотипом Bauer. Тут уже внутри что‑то ёкнуло: «А причём тут активное долголетие?» Телефон под рукой, интернет есть — пара минут, и картинка сложилась. Стало ясно: никакого отношения к обещанному это мероприятие не имеет. И слово, которое тут напрашивается, совсем не про заботу.

Дальше всё шло по отработанному сценарию. Сначала — одно отделение, где с пафосом и красивыми жестами рекламировали сковородки. По сути — Zepter, только под другим именем. Цену называли такую, что хотелось невольно переспросить: «Вы точно про сковородку?» Что‑то около двухсот тысяч рублей. Потом перешли к массажёрам и креслам. Для убедительности усадили трёх женщин и запустили режим массажа — мол, смотрите, как людям хорошо. Эффект был, конечно, но он работал не на комфорт, а на продажу: «Вот видите, как это ценно!»

Я посидел, посмотрел, прикинул, сколько всего в этой истории не сходится, — и решил, что продолжения мне не надо. Встал и ушёл. Не хотелось досматривать этот спектакль до конца.


А сегодня телефон не умолкал: звонили раз три, настойчиво просили оставить отзыв. Каждый раз я был занят — то дела, то просто не хотелось тратить на это силы. Но если ещё раз наберут — обязательно отвечу. Только отзыв будет честный: без прикрас и без вежливых полутонов.

Посмотрел на выходних "Слово пацана"
Ожидал, как и предполагалось, про становление Казанской группировки, ОПГ, но сильно удивил сюжет фильма.

Город дышал на ладан — тяжко, надсадно, но всё ещё дышал. Заводы глохли один за другим, очереди за хлебом растягивались на полквартала, а по вечерам из окон панелек тянуло не ужином, а тревогой. Родители боролись за выживание — кто на двух работах, кто на рынке, кто просто сцепив зубы. А подростки? Подростки сбивались в стаи. Улица стала их школой, их армией, их единственным законом.

Здесь бились за асфальт. Буквально — за каждый двор, каждую лавочку, каждый перекрёсток, где можно было контролировать всё, что стоит на «их» земле или по ней передвигается. Пацаны делили район, как средневековые бароны делили вотчины, и слово, данное на сходке, было крепче любой клятвы. Среди всеобщей нищеты — чёткие правила, поддержка, своя иерархия и своя честь. Чужак сюда не пройдёт. Свой — не пропадёт.

14-летний Андрей жил в другом мире. Интеллигентная семья, мама, маленькая сестрёнка — отец ушёл в неизвестность, как уходили тогда многие. Музыкальная школа, английский, книги на полке. Он был из тех, кого на улице презрительно называли «чушпан» — не свой, не уличный, не посвящённый. Тихий мальчик с чистыми руками и грустными глазами.

Но однажды всё перевернулось. Учителя попросили его подтянуть по английскому сверстника — Марата, гопника из местной группировки. Того самого Марата, чьё имя в школе произносили шёпотом, а на районе — с уважением. Андрей согласился. Что ему стоило? Пара занятий, учебник, произношение.

Только вот занятия эти стали не уроками, а окном в другой мир. Марат оказался не тупым хулиганом, а пацаном с понятиями — жёстким, но справедливым, опасным, но не подлым. Он говорил с Андреем не как с чушпаном, а как с равным. И в этих разговорах, в этом чужом, запретном, но таком настоящем мире Андрей вдруг увидел то, чего не было в его тихой квартире с пианино и учебниками: силу, братство, определённость.

И однажды, стоя на пороге между двумя жизнями, он сделал выбор. Ему надоело быть чушпаном. Он вступил в банду.

Теперь у него было всё: свои, чужие, территория, правила. И слово пацана, которое сильнее клятвы.

Сильный фильм. Рекомендую посмотреть.

Николай Иванович Рыжков (1929–2024) — человек-эпоха, чья жизнь вместила в себя путь от рабочего до главы правительства великой державы, от заводского цеха до сенаторского кресла. Он родился 28 сентября 1929 года в шахтёрской семье в селе Дылеевка, на донецкой земле, и сама судьба, казалось, с первых дней закаляла его характер.

После восьмилетки — Краматорский машиностроительный техникум, а затем, в 1950 году, направление на Уральский завод тяжёлого машиностроения в Свердловск. Здесь, на легендарном «Уралмаше», прошла четверть века его жизни: от рабочего до генерального директора. Без отрыва от производства он окончил Уральский политехнический институт, став инженером-механиком, а позже, уже в 1988 году, защитил диссертацию и получил степень кандидата экономических наук. В 1956-м он вступил в КПСС — так начался его путь в большую политику.

В 1975 году — назначение первым заместителем министра тяжёлого и транспортного машиностроения СССР, через четыре года — первый зампред Госплана. В 1982-м Рыжков переходит на партийную работу: секретарь ЦК КПСС, заведующий экономическим отделом. А с 1985 по 1990 год — член Политбюро ЦК КПСС и Председатель Совета министров СССР. На этом посту он разрабатывал концепцию реформирования советской экономики, ратуя за постепенный переход к «рыночному социализму», сохранение планового управления и развитие кооперации.

Его имя неразрывно связано с ликвидацией страшнейших катастроф XX века. После аварии на Чернобыльской АЭС Николай Иванович возглавил штаб по ликвидации последствий, а в 1988 году — Комиссию по ликвидации последствий Спитакского землетрясения в Армении. За эту работу он был удостоен звания «Национальный герой Армении».

После перенесённого инфаркта в 1990 году Рыжков вышел в отставку, но не покинул политическую сцену. В 1991-м он баллотировался на пост президента РСФСР вместе с генерал-полковником Борисом Громовым, набрав 16,85% голосов и уступив лишь Борису Ельцину и Александру Руцкому. В 1992-м — советник Военно-промышленной инвестиционной компании, в 1993–1995 годах — председатель совета директоров «Тверьуниверсалбанка», а с 1995 по 2003 год — депутат Государственной Думы РФ. В 1998–2011 годах он возглавлял Координационный совет содействия отечественным товаропроизводителям, став затем почётным президентом этой организации.

Осенью 2003 года Рыжков перешёл в Совет Федерации — сенатором от Белгородской области. До 2011 года он входил в комитет по вопросам местного самоуправления, затем — по федеративному устройству, региональной политике, местному самоуправлению и делам Севера. Пост сенатора он оставил лишь в 2023 году, на 95-м году жизни.

Но политика — лишь одна грань его личности. Николай Иванович активно занимался общественной работой: председатель совета «Московского интеллектуального делового клуба», член общественного совета редакции газеты «Правда» и попечительского совета фонда «Реформа», президент международного общественного объединения «Евразия», глава попечительского совета музея-заповедника «Прохоровское поле». Он стал одним из инициаторов строительства мемориального комплекса на месте Прохоровского танкового сражения.

Герой Труда РФ, дважды лауреат Государственной премии СССР, кавалер орденов Ленина, Трудового Красного Знамени, Октябрьской Революции, Отечественной войны I степени, Почёта, «За заслуги перед Отечеством» I и IV степеней — Рыжков был отмечен множеством государственных и общественных наград России и других стран. Он — автор шести изобретений в области сварки и металлургии, множества монографий, статей и научных трудов по машиностроению, экономике и управлению, а также мемуарно-публицистических книг.

Николай Иванович Рыжков скончался 28 февраля 2024 года в Москве на 95-м году жизни. Он похоронен на Троекуровском кладбище столицы. Его судьба — это целая глава истории нашей страны, написанная честно, достойно и с полной отдачей. Светлая память.